Послание, пробившее Небосвод

Срок моей награды от Башни за хорошо выполненную работу истекает, и я просыпаюсь, ощущая тепло нежного солнечного света.

Всё именно так, как она и предсказывала: я переместился назад во времени к утру следующего дня после своего прибытия к Вратам Авалона.

Размышляя об очевидных намёках Башни, нарочитой тревоге Мемфис и о том, что я узнал в том «Ярком мире» Моря Звёзд, я прихожу к определённому выводу...

Возможно, стремительное исцеление Лексингтон действительно стало прорывом.

Однако, в отличие от событий в «Ярком мире», здесь она, скорее всего, окажется в самом эпицентре бури, которая поглотит всё Море Звёзд.

... ... ...

Сформировав план действий, я сразу же договорился о встрече с Элизабет и попросил её зафрахтовать для меня и Хелены самолёт до Моря Звёзд.

Элизабет META, которая к этому времени уже полностью восстановилась, тут же попросила разрешения сопровождать нас.

Одной из целей Башни при создании «Яркого мира» было дать Элизабет META достаточно времени для исцеления, чтобы она могла защитить меня, когда придёт мой черёд столкнуться с грядущим штормом.

У меня не было причин отказывать ей.

Обычно, чтобы допустить эту Элизабет на сверхсекретную базу Союза Орла, потребовался бы длительный процесс проверок и согласований.

Однако она заверила меня, что у неё есть уникальный способ встретиться со мной в Галактическом Ядре, формально не пересекая границ Моря Звёзд.

Всё, что от меня требовалось — это закрыть глаза на её вопиющее пренебрежение правилами безопасности и протоколами руководства.

Учитывая критическую ситуацию, я принял её предложение.

Некоторое время спустя...

Как только самолёт взлетел, я решил воспользоваться временем, чтобы кое-что разузнать.

Перед тем как мы с Элизабет разделились, я рассказал ей и её сопровождающим о невероятно длинном сне, который приснился мне той ночью.

Их сны оказались поразительно похожи на мои: полная победа над Сиренами, успешное воссоединение Лазурного Пути... Всё было в точности так, как я видел в «Ярком мире».

Это побудило меня связаться с Ришелье и Бисмарк, чтобы провести собственное расследование.

Сравнив наши отчёты, мы пришли к выводу, что в глобальном масштабе действительно произошло событие, которое можно назвать «коллективным сном». Однако оно затронуло не всех.

Точнее, человечество это никак не коснулось — только девушек-кораблей. Более того, под влияние попали лишь те, кто спал в промежутке с полуночи до семи утра.

От этой мысли по спине пробежали мурашки. Я решил связаться с Хеленой, чтобы услышать её мнение и немного успокоиться.

... ... ...

Стоило мне войти в зону досмотра, как меня тут же встретили Саратога и Мемфис, с которыми я связался заранее.

Если они помнят события из «Яркого мира», тогда, возможно...

Войдя в отделение интенсивной терапии, где находилась Лексингтон, я сразу почувствовал поток холодного воздуха.

В центре помещения стоит её капсула, в которой она пребывает в глубоком сне.

Вокруг — бесчисленное множество медицинских устройств, поддерживающих работу систем жизнеобеспечения.

Самим приборам необходима низкая температура для бесперебойного функционирования.

Несмотря на то, что все мои воспоминания остались нетронутыми, я поймал себя на мысли, что одно из них сейчас воспринимается совсем иначе.

Я встряхнул головой, отгоняя обрывки «Яркого мира».

Являясь мозгом Моря Звёзд, ТБ действительно является экспертом в решении различных задач на производственных мощностях базы.

К тому времени, как я прибываю в Галактическое Ядро, она уже закончила устанавливать всё необходимое для тестирования.

Капсула Лексингтон появляется в поле зрения под таким углом, что я вижу её улыбку, когда смотрю вниз.

После короткой вспышки света мир внезапно погружается в тишину.

БАБАХ!

Пространство вокруг меня внезапно рвётся, и я больше не слышу искажённый помехами голос ТБ. В тот же момент модуль капсулы Лексингтон начинает отображать ненормальные значения.

Во мне всё нарастает предчуствие, что следующий эпизод, о котором говорила Башня, вот-вот начнётся.

Поле моего зрения ужасно искажается, и в пространстве появляется Элизабет.

Поколебавшись, я перевожу взгляд обратно на капсулу. Она смотрит на меня из-за стекла.

БАБАХ!

БАБАХ!

Я быстро проходил одну проверку безопасности за другой, а затем пространство снова исказилось, бесчисленные светящиеся точки появляются из ниоткуда и собираются вокруг капсулы.

Ослепительный свет достиг своего пика как раз в тот момент, когда капсула открылась.

Небоскрёбы, возвышающиеся подобно лесу. Машины и люди, снующие туда-сюда.

Когда ослепительный свет угас, перед моим взором предстала странно знакомая и в то же время чужая сцена.

Этот пейзаж заставляет меня невольно расслабиться.

Подобный поворот событий кажется мне знакомым.

Стоило мне начать оглядываться, как я встретил озадаченный взгляд женщины, склонившей голову набок.

Кажется, до неё начало доходить. Выражение её лица мгновенно меняется с растерянного на ликующее, и она внезапно бросается ко мне, заключая в крепкие объятия.

Она заливается слезами, и я прижимаю её к себе.

Я понятия не имею, о чём она говорит.

Точнее, я не понимаю сути, хотя эти термины смутно напоминают мне записи, которые Хелена оставила для меня.

Она замечает моё состояние и чувствует, что я невольно держусь на расстоянии.

Я хочу успокоить её, но в голове полный сумбур. Я даже не знаю, с чего начать.

Из-за моей нерешительности Лексингтон сразу предполагает худшее.

Она не только мгновенно взяла себя в руки, но и умудрилась передать мне частицу своей уверенности.

Это она. Лексингтон, которую я знаю. Я уверен в этом без тени сомнения.

Хотя она улыбается, лёгкая дрожь во всём теле выдаёт её истинные чувства.

Игнорировать её в таком состоянии — последнее, что я бы сделал.

Клубы дыма всё ещё висели в воздухе, обломки продолжали гореть.

Когда ослепительный свет угас, Элизабет META увидела перед собой океан, объятый пламенем.

Отбросив сомнения, я сел с Лексингтон в вагон общественного транспорта, и мы направились в центральный торговый район города.

По пути я был потрясён увиденным: я никогда раньше не видел Нью-Йорк таким процветающим — ни на архивных записях, ни в симуляциях.

Казалось, что в сценарии Хелены (если он вообще существовал) не было предусмотрено никаких событий, пока мы не достигнем цели.

Ни внезапных вызовов, ни случайных встреч — ничего, кроме нашего общения. Мы с Лексингтон безмолвно растворялись в городе, как капли дождя, упавшие в океан.

... ... ...

Немного позже, после того как мы побродили по окрестностям...

Лексингтон купила планшет, пока я отвлёкся. Она показывает мне экран.

На мгновение я улавливаю слабый проблеск света в океане своих мыслей.

На её лице на миг появляется искренняя улыбка, но в следующую секунду выражение лица становится серьёзным.

Внезапно она выпрямилась и заговорила с моими интонациями.

Я извлекаю еще один лучик света из потока своих мыслей.

Элизабет META поднялась на борт «Света Королевы» и осмотрела окрестности.

Обнаружив, что находится в Заливе Аляска — на территории этого испытательного полигона, — она направилась к ближайшему крупному городу, Анкориджу.

По пути она заметила флот полигона, также державший курс на Анкоридж, что не на шутку разбудило её любопытство.

... ... ...

... ... ...

Атмосфера в ресторане «Юньсян Саньвэй» наполнена изяществом, а блюда — само совершенство.

Когда их ароматы раскрываются, я чувствую, что стал ещё на шаг ближе к пониманию этого мира.

Лексингтон тоже расслабилась; сейчас она больше всего похожа на ту девушку, которую я знал.

Этот город с его чужой, но пугающе знакомой атмосферой кажется прекрасным сном. Возникает стойкое ощущение нереальности, и всё же мои органы чувств твердят об обратном.

Столкновение реальности и фантазии ошеломляет — я словно нахожусь внутри переэкспонированной фотографии.

Как будто что-то не так не с миром, а с моим восприятием. Пока я погружён в эти мысли, время вокруг замедляется.

... ... ...

Завершив трапезу, мы переходим к делу.

Раз уж мы решили остаться здесь для расследования, нам нужен штаб, откуда можно попытаться связаться с нашей базой.

... ... ...

Мы садимся в такси. Я вглядываюсь в футуристические пейзажи за окном, выискивая изъяны: неестественно двигающихся пешеходов, размытые текстуры зданий или «невидимые стены».

Будь то Море Звёзд или Башня — мой опыт подсказывает, что любая симуляция имеет баги. Однако на этот раз я не нахожу ни одной зацепки. Всё выглядит безупречно.

... ... ...

Обдумывая несколько теорий, мы с Лексингтон подъезжаем к зданию, где она должна жить.

Она быстро печатает что-то в планшете.

С тихим щелчком замок роскошной квартиры открывается.

То, как она приобрела элитную недвижимость меньше чем за минуту, впечатляет и дает новое представление о возможностях этого цифрового (или будущего) общества.

... ... ...

В момент, когда я касаюсь двери, в голове вспыхивает очередная искра памяти.

В тёплой квартире проходит вечеринка в честь новоселья.

... ... ...

Она замирает рядом, просто глядя вперёд.

Элизабет META сделала верный ход, эффектно появившись вместе со «Светом Королевы».

Хотя члены флота Совета уже привыкли к самым передовым технологиям своего мира, вид «олдскульного» поезда, несущегося по небу быстрее их новейших самолётов, заставил их буквально раскрыть рты от изумления.

Это мгновенно подтвердило её статус «таинственной гостьи», и никто не осмелился в этом усомниться.

Желая поскорее встретиться с остальными гостями, она присоединилась к флоту Совета и взяла курс на Анкоридж.

Приближалась зима, и закаты на Аляске наступали непривычно рано.

К моменту прибытия в Анкоридж небо уже полностью потемнело.

Перед глазами Элизабет развернулся колоссальный мегаполис, залитый разноцветным неоном.

Это не имело ничего общего с тем маленьким городком, который она ожидала увидеть; уровень его развития превосходил всё, что она видела на любом другом испытательном полигоне.

В течение дня начали прибывать предметы первой необходимости, которые Лексингтон заказала онлайн.

Постепенно квартира оживала. Она поручила домашние хлопоты роботу под названием «RELAX-365 Всё-включено Chorebot», а сама отправилась на кухню.

Пока она хлопотала на кухне, я включил телевизор и переключился на вечерние новости.

Большая часть репортажей была посвящена «Второй Массовой Конфабуляции».

Этот феномен охватил не только Союз Орла, но и весь мир.

Симптомы проявлялись у всего человечества, а не только у девушек-кораблей (хотя у последних они длились меньше).

Это не было похоже на «Яркий мир» Башни, но имело общие черты с Первой Конфабуляцией.

Я говорю «имело общие черты», потому что в этот раз «сон» длился не пять лет, а целые десятилетия — начиная с инцидента с Бони Ричард и заканчивая Финальным Приговором.

Помимо новостей о конфабуляции, моё внимание привлекла ещё одна заметка.

Национальная обсерватория Анкориджа на Аляске организует масштабный слет астрономов-любителей, а местное правительство готовит крупное мероприятие для туристов.

Поразительно, что об этом сообщают в одном ряду с феноменом мирового масштаба.

Эта обыденность на фоне глобального безумия лишь подогревает мой интерес.

Время течет медленно, пока я продолжаю изучать поток новостей...

Не успел я оглянуться, как Лексингтон уже закончила приготовление роскошного ужина.

Стол ломится от разнообразия: каждое блюдо разделено на изящные порции, и некоторые из них я даже не узнаю.

Всё это настолько вкусно, что я не могу остановиться, пока не съедаю всё до последней крошки.

Вернувшись в привычную обстановку, Лексингтон окончательно расслабилась и чувствует себя как дома.

Я рассказал ей историю вторжения Сирен, о Лазурном Пути и его Командире.

Выслушав всё это, она надолго погрузилась в раздумья. Как оказалось, мой рассказ ни в чем не пересекался с той версией событий, которую знала она.

В ответ она поделилась своей историей.

Командир в её мире обладал множеством титулов: генерал, политик, бизнесмен, учитель, ассистент...

Она тихо пробормотала последние слова, но я расслышал каждое из них.

Лексингтон мгновенно перестроилась и предложила план, отвечающий моим стремлениям.

Она без колебаний готова разрушить эту сладкую иллюзию, лишь бы помочь мне.

И это несмотря на то, что именно этот «сон» вернул к жизни её саму и всё, что ей было дорого.

Целый поток воспоминаний внезапно обрушился на меня, словно прорванная плотина.

Захламленная, почти пустая квартира. Лексингтон сидит одна на полу, среди коробок. В её взгляде нет привычного блеска.

Поддавшись на уговоры, возглавляемые Уильям Д. Портер, Элизабет META разрешила членам 7-й Оперативной группы подняться на борт своего поезда.

Пока гости с восторгом осматривали интерьеры, Элизабет воспользовалась моментом, чтобы провести полное сканирование их систем.

Результат поверг её в настоящий шок.

В то самое мгновение, когда Элизабет применила свою способность, время словно замерло.

Всё окружающее пространство начало расширяться в бесконечных направлениях, создавая каскад накладывающихся друг на друга изображений.

Бесчисленные «моменты» переплетались и трансформировались, обнажая каждую мельчайшую деталь реальности.

И среди этого хаоса данных она увидела нечто критически важное...

Даже новости, будоражащие общественность, сегодня на вершине, а завтра — преданы забвению.

К тому времени, как мы с Лексингтон направились в торговый район, «Второй случай Массовой Конфабуляции» уже стал достоянием прошлого.

Теперь у всех на устах только одно: новый фильм Бон Омм Ричард.

Перед нами вспыхнул гигантский электронный рекламный щит, транслирующий синопсис фильма.

Мы с Лексингтон погрузились в суету и яркую энергию огромного Нью-Йорка. Не успели мы оглянуться, как на город опустилась ночь.

Этот день напомнил мне о практичности использования интегрированных грузовых отсеков оснастки в повседневной жизни.

Мы накупили столько вещей, что я всерьёз опасаюсь: когда мы всё это достанем, в квартире может просто не хватить места.

После того как мы вкусно поужинали и доверили уборку роботу, Лексингтон устроилась на диване и начала неторопливо листать данные на планшете.

Обнаружив существование Завесы благодаря своей способности к обследованию, Элизабет META предпочла не использовать свою проницательность дальше. Она не стала винить себя за осторожность — в конце концов, она лишь недавно оправилась от тяжёлых ран.

После этого она пригласила Хорнет META и её спутниц на тренировочную площадку для проведения тактических инструктажей.

Тренировки продолжались до тех пор, пока 7-я Оперативная группа не получила прямой приказ от Военного Протокола: Луна.

БА-БАХ!

Под скоординированным натиском 7-й Оперативной группы очаги коррозии начали стремительно исчезать.

В воздухе внезапно вспыхнули ослепительные разноцветные разряды.

Используя метод атаки, напрямую нарушающий пространственную стабильность, Эссекс META грубой силой буквально раздавила фундаментальную структуру коррозии.

Хотя непосредственная угроза исчезла в одно мгновение, вся группа тут же оказалась втянута в куда более серьезный кризис.

Судя по всему, оснастка Энтерпрайз была сопряжена с огромным количеством модулей, скрытых в её хранилище.

Она активировала одно из этих устройств, и по площади начал распространяться импульс, постепенно берущий под контроль пространственные искажения на всей территории.

За пределами Завесы, в пустоте между реальностями, Арбитры завершали последние приготовления к запуску финальной стадии.

Холодный, пронзительно-синий свет, напоминающий глубины океана, внезапно залил всё пространство, ослепляя охваченных паникой Арбитров.

Она не успела закончить. Сквозь строй Арбитров пронесся колоссальный поток синего света, выжигая их текущие формы и перекрашивая весь мир в цвет ночного неба Моря Звёзд.

На третий день нашего пребывания в этом мире мы с Лексингтон вылетели в Сиэтл.

Вид из иллюминатора, с высоты птичьего полёта, позволил мне по-новому оценить, насколько далеко этот мир продвинулся в своём развитии.

Повсюду виднелись следы процветания и технологий, о которых в моём времени можно было только мечтать.

В ту же ночь в порту Сиэтла мы взошли на борт белоснежного круизного лайнера и начали наш путь к Анкориджу.

На время мы отложили все тревоги, решив просто наслаждаться обществом друг друга и бескрайним океаном.

Время летит незаметно, когда ты счастлив. Мы и не успели опомниться, как над горизонтом взошло солнце третьего дня нашего плавания.

В предрассветной дымке я замер, поражённый видом Анкориджа. Передо мной раскинулся бурлящий мегаполис, подобного которому я не мог даже вообразить на этих широтах.

Огромные футуристические шпили пронзали облака, а гавань была заполнена судами невиданных конструкций.

Когда лайнер пришвартовался, мы с Лексингтон сошли на берег, где нас уже встречал флот, несущий здесь гарнизонную службу.

Прошлым вечером член Совета Колетт прибыла в Анкоридж.

У меня сохранились воспоминания о встрече с этой женщиной, поэтому мне захотелось узнать о ней побольше. Я быстро договорился о встрече и беседе.

Я думал, она предложит увидеться в зоне высоких технологий, но, к моему удивлению, она выбрала тропу для походов по ледникам в природном заповеднике.

Во время нашего предварительного контакта вчера я рассказал ей о потере памяти.

Я понимал, что не смогу скрыть этот факт перед старыми друзьями из Совета.

Это не совсем ложь, но и всей правды я ей не раскрываю. Назовем это «избирательной честностью».

Это всегда было лучшим вариантом, чтобы не рисковать возникновением каких-либо пространственно-временных парадоксов.

Как и сказала Колетт, вместе с ней прибыли МЕТА Мемфис и МЕТА Вестал.

Это моя первая встреча с ними после того каке Хелена покинула нас.

Если это действительно они...

Если этот мир связан с Хеленой, то выбор Мемфис и Вестал начинает обретать смысл.

Что меня действительно удивляет, так это то, что даже члены Совета, такие как Колетт, сохранили свои прошлые воспоминания, а не только обычные люди.

Она говорит, что помнит всё до Финального Приговора, но считает это не более чем знанием, полученным из сна.

Эти знания в корне отличаются от настоящих воспоминаний в твоей голове.

Является ли случай Колетт уникальным или нет — вопрос, ответ на который я узнаю, когда встречусь с Аосте.

Судя по информации, которую Лексингтон получила с сервера «Факел», он и Ютопия Савой прибудут около полудня.

Также их сопровождают Проект H и Проект M, владеющие экспериментальными судами.

Основываясь на разговоре Аосте и Ютопии, я установил, что их состояние было таким же, как у Колетт.

Более того, судя по всему, весь Совет собрался здесь, чтобы воспользоваться проектом, который долгое время готовился в обсерватории с целью расследования последней Массовой Конфабуляции.

В то же время я получил кое-какую новую информацию.

В отличие от людей и кансен, у существ Антиоха нет воспоминаний о Массовой Конфабуляции. В этом отношении всё было точно так же, как и во время первой Массовой Конфабуляции.

И всё же, по какой-то причине я не мог избавиться от чувства, что в Иерофанте сегодня было что-то... необычное.

Сегодня прибыла таинственная женщина, которую я уже встречал прежде. В моих воспоминаниях она всегда была окутана чёрным туманом; я мог слышать ее голос, но никогда не видел её саму.

Местом встречи Рёко выбрала Исторический музей Анкориджа.

Поскольку я совершенно забыл нрав этой высокопоставленной дамы, мне с трудом удается подобрать ответ на столь своеобразное вступление.

Это имя я меньше всего ожидал услышать прямо сейчас.

Рёко, как и все остальные, верила, что мир, в котором мы находимся, — это реальность, но также считала, что существуют некие «точки подозрения», требующие расследования.

Её сопровождали две девушки-корабля: Касуми META и Дзинцу META. Разговор с ними показал, что их отношение к этому миру совпадает с позицией Мемфис и Вестал.

За последние несколько дней я и сам ощутил этот мир как нечто реальное.

Интересно, что никогда прежде члены Совета не были так открыты к диалогу, как сейчас.

Я начинаю думать, что эти люди правы — возможно, это и есть «настоящий» мир.

В конце концов, какая им выгода мне лгать?

Я лишь не могу понять, как Хелена сумела этого добиться.

Этот вопрос всё ещё не дает мне покоя. Как и у других, у меня есть сомнения, от которых невозможно избавиться.

Может быть, дело в изъянах в данных, которыми владеют Хелена и Башня. А может, есть иная причина, о которой я даже не догадываюсь.

Как бы то ни было, одно можно сказать наверняка..

Даже если это реальный мир, это «идеальное» будущее далеко не безупречно.

Сегодня в Анкоридж прибыла Анзил.

И она была не одна. С ней прибыла «агрессивная» свита из множества девушек-кораблей.

Сколько их было? Их число превышало численность всего флота, дислоцированного в Анкоридже.

Что ж, это вполне в духе Анзил.

Поскольку сразу после приземления ей нужно было решить неотложные дела, моя встреча с ней была назначена на ранний вечер.

Однако из-за небывалого воодушевления в толпе эта вечерняя встреча переросла в масштабную вечеринку, затянувшуюся до поздней ночи.

Когда мы с Лексингтон прибыли в горы, она быстро присоединилась к группе, отвечающей за готовку.

Затем она настойчиво предложила мне встать за барную стойку и смешивать коктейли.

К сожалению, я совершенно не помнил, чтобы когда-либо был барменом, поэтому отказался.

В итоге, с некоторой неохотой, я взял на себя другую непростую обязанность — роль «встречающего гостей».

В саду смешивается плотная толпа, лица постоянно сменяют друг друга.

Среди них немало тех, кого я узнаю.

Например, Мемфис, Вестал, Дзинцу, Касуми...

Уильям Д. Портер, Пасадена, Каупэнз и Кларенс К. Бронсон.

Несмотря на то, что это местный флот, отвечающий за оборону, они смогли прийти на вечеринку сегодня вечером, потому что Анзил уговорила Иерофанта и Фокусника взять на себя их обязанности.

Однако некоторые лица в толпе мне незнакомы.

Например, META-версии Хорнет, Дьюи, Кливленд и Эссекс.

И, наконец, в этой толпе есть человек, о котором я не могу просто сказать, знаю я его или нет.

Это META Энтерпрайз, которую я не видел так долго.

Дела Анзил заставили её задержаться, и она прибыла лишь к самому ужину.

Пока остальные гости беззаботно болтают, мне, наконец, удаётся воссоединиться с ней...

С Анзил, свободной и не скованной никакими клетками.

Вот так я и узнал, что Анзил пьянеет с пол-оборота.

Анзил торжествующе подмигивает мне.

Ранним утром, вскоре после того как я вернулся в свой гостиничный номер и уснул, в дверь внезапно постучали.

Спустя короткое время я встречаюсь с Софией лицом к лицу в гостиной.

Исходя из того, что я узнал за последние несколько дней, в этом «идеальном будущем» существует три типа людей.

Первый тип — те, кто не смог сбежать из прошлого. К этой категории относятся Анзил и Аосте. Они сохранили свои воспоминания из альфа-таймлайна, в то же время обладая памятью о жизни в этом мире. Они верят, что их воспоминания об этом мире — настоящие.

Второй тип — те, кому удалось сбежать из прошлого, но кто по той или иной причине был заброшен в это «идеальное будущее». Мемфис и Энтерпрайз — яркие тому примеры. Как и представители первого типа, они обладают двумя наборами воспоминаний одновременно, но считают реальными свои воспоминания из альфа-таймлайна, в то время как воспоминания об этом мире для них — ложные.

Третий и последний тип — уникален. Это те, у кого вообще нет воспоминаний о жизни в этом мире. Я думал, что это касается только Лексингтон и меня самого... Но, похоже, София — одна из нас.

Ты всё ещё жива? Тебе удалось спастись, но как?

Знаешь ли ты о «Серебрянной Лисе», с которой столкнулась группа Констеллейшн (Созвездие)?

Столько всего я хочу спросить.

Но, глядя в её спокойные, словно предостерегающие глаза, я ловлю себя на том, что не в силах выдавить ни одного вопроса.

Принстон прицелилась в телевизор в гостиной и активировала какое-то боевое устройство.

Когда София сказала «у меня», она имела в виду вовсе не гостиничный номер, а «Гордость Калабрии» (Calabrian Pride) — флагман 5-й оперативной группы Совета, стоящий на якоре на военно-морской базе.

Меня проводят в каюту, где я и нахожу Хелену.

Несмотря на легкую тревогу, она сохраняет сравнительное спокойствие.

Пройдя через череду причудливых событий, она, должно быть, в какой-то мере к ним адаптировалась.

Основываясь на выводах Софии, имя «Хелена» в этом мире относится исключительно к той, что стоит сейчас предо мной. Важность этого факта самоочевидна.

Это означает, что создательницы этого идеального будущего, Хелена МЕТА, в этом мире не существует.

Она не только взирает на нас из высшего измерения, но ей также нет места в этом прекрасном будущем.

Возможно, именно поэтому ей пришлось втянуть в это другую версию самой себя.

Завтра — тот самый день, когда над Анкориджем должно появиться необычное погодное явление.

В это же время Совет планирует привести свой план в исполнение.

Мы с Софией подозреваем, что такое совпадение неслучайно. Возможно, Хелена МЕТА намеренно подстроила это событие, чтобы собрать здесь все эти фракции.

Не представляю, какая у неё может быть причина, но это шанс вступить с ней в прямой контакт.

По пути к загородному дому Анзил я натыкаюсь на Энтерпрайз МЕТА и Эссекс МЕТА.

Судя по всему, они ждали здесь довольно долго.

Эссекс МЕТА внезапно срывается, и от неё начинает исходить темная аура.

Энтерпрайз активирует какое-то устройство, из-за чего окружающая МЕТА-коррозия мгновенно исчезает. Тем временем Эссекс впадает в кому.

Всё произошло настолько внезапно, что и Энтерпрайз, и я лишаемся дара речи.

Энтерпрайз забирает Эссекс с собой и уходит.

Теперь здесь осталась лишь та, кто был со мной от начала до конца, не дрогнув перед угрозами Энтерпрайз — Лексингтон.

Вопросы Энтерпрайз я могу воспринимать спокойно. Однако, когда дело касается Лексингтон, которая получила второй шанс на жизнь именно благодаря этому миру...

Стоило мне переступить порог, как Анзил тут же поручила мне задание, не дав даже возможности вставить слово или задать вопрос.

Анзил нажала какую-то странную кнопку, и её уютный загородный дом в мгновение ока превратился в официальный конференц-зал.

С этими словами в конференц-зале один за другим начали появляться люди. Здесь были как лица, которые я уже встречал за последние несколько дней, так и совершенно незнакомые мне люди; попадались и туманные, черные фигуры — видимо, для полноты картины.

Должно быть, именно это она имела в виду под «только по голосовой связи».

Завтра — та самая важная дата, которую специально установила Хелена. Что бы она ни планировала, я надеюсь, что всё пройдет успешно.

По этому вопросу Аосте, Колетт, Ютопия, Рёко, Ли Хуа, Стивен-младший, Людвиг и другие проголосовали «за».

София, напротив, высказалась «против».

Анзил, принцесса Мария и некоторые другие воздержались. Как и я.

Эти чрезвычайно важные вопросы были проголосованы за потрясающе короткое время. Не было ни вступительных речей, ни комментариев, ни даже заключительных слов под конец.

И это несмотря на то, что это заседание могло быть их последним... несмотря на то, что оно могло решить судьбу всего мира...

А я тем временем сижу здесь в оцепенении, глядя, как фигуры и огни в зале исчезают один за другим.

Знакомый голос возвращает меня к реальности, принося с собой лишь слабую тень тепла в эту торжественную обстановку.

Аосте подходит ко мне; рядом с ним — два тусклых сгустка света и элегантно одетая женщина. София и Анзил следуют за ними.

После этой короткой встречи зал заседаний наконец окончательно исчезает, и я снова оказываюсь внутри загородного дома Анзил.

В последние мгновения перед тем, как уйти, я готов поклясться, что слышу, как София шепчет что-то прямо рядом со мной.

Я и не заметил, как настал день премьеры нового фильма Ричард — «Радиоволна».

К нам с Лексингтон присоединились Хелена, Анзил, Энтерпрайз, Мемфис и компания Уильям Д. Портер, чтобы вместе посмотреть специальный показ Совета.

После этого я планировал остаться на вилле Анзил, пока не придет время отправляться в обсерваторию после ужина.

Лексингтон решила поступить так же, но после ланча она долгое время с кем-то разговаривала по телефону.

Наш последний день отдыха пролетел в одно мгновение.

Энтерпрайз и Мемфис больше не проронили ни слова.

После ужина солнечный ветер усилился, вызвав геомагнитную бурю. Ночное небо заполнило ослепительное полярное сияние.

Члены Совета — Аосте, София, Рёко Амахара, Колетт и Ютопия — разошлись, и в сердцах каждого из них горела решимость.

Анзил лично отвезла нас в Национальную обсерваторию Анкориджа. После этого она повела свою команду выполнять то, что они должны были сделать.

Лексингтон, Хелена и я медленно пошли по последнему отрезку пути к смотровой башне.

Смотровая башня возвышалась на 1750 метров.

Лифту потребовалась минута, чтобы подняться от основания до вершины.

Всего лишь шестьдесят секунд, но эта минута стала самой долгой в моей жизни.

Я повернулся к Лексингтон. В моей памяти промелькнули сцены последних нескольких недель.

Когда я посмотрел на Хелену, воспоминания о времени, проведенном вместе, стали ярче, чем когда-либо.

Это было мучительное путешествие, но необходимое. Если бы я не двигался вперед, возможность преодолеть всю эту скорбь свелась бы к нулю.

После конференции Лексингтон совершила редкое возвращение домой с передовой.

Так началась решающая битва, которую я был не в силах предотвратить.

Я познал радость малых побед, тревогу каждого зашедшего в тупик сражения, ужас каждой плохой вести..

И... боль от того, как Лексингтон на моих глазах пожертвовала собой — лишь потому, что мы опоздали на считанные секунды.

Невыносимая боль пронзила меня насквозь.

Она приближается ко мне, и на её лице всё та же загадочная улыбка.

Мы идем плечом к плечу по бескрайнему белому пляжу.

Она выдвигает неожиданное предложение.

На восьмой день после нашего прибытия в Анкоридж солнечный ветер начал постепенно стихать.

Вслед за ним исчезли геомагнитная буря и полярное сияние.

Расследование Совета не принесло плодов..

В конце концов, все аномалии были устранены.

Последствия массовых обмороков со временем сошли на нет, а вместе с ними — и воспоминания об их снах.

Несколько дней спустя в мире воцарился покой.

Все забыли о том небольшом происшествии.

Лексингтон, Энтерпрайз, Мемфис, Анзил, София и все остальные, кто прошел через то мучительное путешествие...

Они жили в идеальном новом мире. Они жили счастливо.

Я отправил Хелену на испытательный полигон Бета.

Благодаря концептуальным изъянам внутри этого полигона, нам удалось возродить Лексингтон теми же средствами, что мы использовали для Амаги.

После этого мы накрыли испытательный полигон Бета «Завесой Иммунитета».

У времени тоже есть свои измерения.

И по сей день я остаюсь Командиром испытательного полигона Бета.

В новом мире само понятие «Хелены» исчезло.

Но я всё ещё помнил её.

В конце концов, она была прямо передо мной.

Я мог видеть её. Я мог коснуться её.

Мы построили дом на новой платформе, которую назвали «Слоем Хелены».

В этом новом доме мы продолжали исследовать тайны сети Кубов Мудрости. Мы ни на миг не прекращали поиск ответов в высших измерениях.

Даже у бесконечности есть свои пробелы.

Возможно, нам никогда не удастся разгадать тайну «X».

Возможно, мы никогда не сможем покинуть пределы защиты «Завесы».

Но под этой завесой...

Мы обрели свободу.

Она пристально посмотрела на меня, не выказывая ни радости, ни печали, и у меня не осталось иного выбора, кроме как заговорить.

Хелена кусает губу и тихо вздыхает.

Лексингтон стоит на берегу, совсем недалеко от нас. Может быть, она была там всё это время — просто я её не замечал.

Голос Лексингтон дрожит, но она изо всех сил старается сохранять спокойствие.

Она смотрит на меня, её глаза покраснели от слез. Я стойко встречаю её взгляд.

Наконец, она мягко мне улыбается.

Посреди лазурного потока мир обволакивает свет.

Когда свет гаснет, мы снова оказываемся в Галактическом Ядре.

С того момента, как Хелена унесла нас прочь, время словно и не двигалось.

Прежняя аномалия вызвала перегрузку множества механизмов, и теперь всё Море Звёзд наполнено какофонией аварийных сигналов.

Лексингтон медленно приподнимается в капсуле жизнеобеспечения и оглядывается по сторонам в полном замешательстве.

После того как я сообщил всем, что чрезвычайной ситуации нет, обстановка в Море Звёзд успокоилась.

Когда присутствующие увидели чудо в капсуле жизнеобеспечения, воцарилась жуткая тишина.

А затем все разом разразились радостными криками. Саратога подбежала к ней первой, за ней — Мемфис, а потом и Хелена...

Но это было не совсем то слезливое воссоединение, которое я себе представлял.

Нас с Лексингтон принудительно усадили в шаттл, направляющийся в медицинскую зону.

По всей видимости, нам не позволят уйти, пока мы не пройдем тщательное обследование...

Когда я лег на носилки, Хелена тихо мне улыбнулась.

Её реакция разительно отличалась от возбужденного состояния Мемфис.

Возможно, Хелена МЕТА позволила и ей увидеть то окончательное решение.

А возможно, она тоже помнила всё, что произошло в том идеальном мире...

Пока я лежу на больничной койке, прислушиваясь к мерному гудению аппаратуры, мои мысли постепенно приходят в порядок.

В моей голове всплывает предчувствие.

Я немедленно связываюсь с Элизабет из нашего мира и прошу её вывести на связь Мисс Ди. Что-то подсказывает мне, что она — единственная, кто сейчас может достучаться до Элизабет МЕТА.

Пока мы разговаривали с Элизабет, я даже не пытался скрыть наш разговор.

Стоило мне повесить трубку, как в больничной палате тут же вспыхнул жаркий спор.

Сопровождаемый мощной ударной волной из-за пределов этого мира, перед Куин Элизабет META возник флот.

Такая мысль промелькнула в голове Элизабет.

Поток лазурного света вспыхнул и угас, после чего в уголке неба возник небольшой сад.

Ослепительный свет угас, и в воздухе возник укрепленный сад, окруженный тремя кольцами.

Всего мгновение назад, когда я прибыл к Вратам Авалона из Моря Звёзд, я обнаружил, что Элизабет уже готова к отправке.

Вместе с ней были Ринаун, Рипалс, Глориес и Шеффилд — все META.

Здесь были и META из других регионов — Киров из Северного Парламента и Гнейзенау из Железной Крови.

К моему удивлению, Бисмарк тоже была там.

Она объяснила, что её Герион также является META, поэтому ему само собой пришлось отправиться в путь, а она должна его сопровождать, так что она тоже идет с нами.

Против такой логики я возразить не мог.

Как только я проверил наш строй, Элизабет стремительно активировала Камелот, перенеся всех нас на испытательный полигон Тета — место, где, как мы полагали, находится Елизавета META.

Я подготовил несколько планов на случай различных странных обстоятельств.

Однако реальные обстоятельства, с которыми мы столкнулись, оказались далеко за пределами моих прогнозов.

Потребовалось некоторое время, чтобы осмыслить всю информацию, но в конце концов я разобрался в ситуации.

Этот испытательный полигон является симуляцией Альфа-таймлайна.

7-я оперативная группа Совета — фальшивка, в то время как 5-я оперативная группа — настоящая.

Наконец, все, кто сбежал из прошлого Альфа-таймлайна — включая Энтерпрайз и Мемфис — сохранили свои воспоминания об «идеальном будущем».

С другой стороны, никто из местных жителей полигона Тета, которых я подозревал в причастности, этих воспоминаний не сохранил.

Не сохранила их и Элизабет МЕТА. Более того, она вообще никак не была задействована в «идеальном будущем».

Кроме того, мне удалось встретиться с Йорктаун МЕТА.

Я всегда подозревал, что она тайно помогала мне вместе с Хеленой МЕТА.

Теперь она наконец явилась мне.

Однако... от неё исходит это необъяснимо туманное, нереальное ощущение.

Кажется, будто она прямо здесь, но в то же время где-то очень, очень далеко, и стоит мне моргнуть, как она исчезнет вместе с ветром.

Но если оставить в стороне мои впечатления, у неё было кое-что для меня — крайне скверные новости.

Оптимизм, который я испытывал по прибытии, был разбит вдребезги жестокой реальностью.

По сравнению с нашими прошлыми столкновениями с системой Антиох, сейчас у нас есть преимущество, подобного которому еще не было.

Пока я собирал всех для обмена информацией, Принстон META подошла ко мне с предложением разместить нас всех на борту их флагмана.

Я очень хотел снова встретиться со старым другом после того, как София сбежала из того «идеального будущего». Однако этому не суждено было случиться.

Когда я поднялся на палубу, Софии нигде не было видно. Вместо этого она обратилась ко мне через боевой протокол «Крепость» (War Protocol Fortress), точно так же, как она делала это с командой Констеллейшн ранее.

Более того, поначалу её отношение было необычайно холодным. Казалось, она не могла связать человека перед собой с тем самым человеком, которого видела в «идеальном будущем».

Она долго водила меня за нос... пока не произнесла несколько загадочных слов.

В этот момент я почувствовал, как всё встало на свои места.

Возможно, она о чем-то беспокоилась или избегала какого-то потенциального риска. В любом случае, разговаривая со мной, она была вынуждена использовать кодовое имя.

Хорнет МЕТА на самом деле никогда не встречала свою сестру — Энтерпрайз МЕТА.

И точно так же никто в этом мире не встречал члена Совета через Боевой Протокол.

Похоже, даже на испытательном полигоне, находящемся под непосредственным наблюдением Программы Арбитров, существуют пределы, которые невозможно преодолеть.

К счастью, у Серебряной Лисы всё шло хорошо.

Она успешно перезагрузила судно Луны и вступила в контакт с надзирателем этого трансграничного эксперимента — Императрицей.

Как только разговор с Антиохом был окончен, я начал подсчитывать имеющиеся силы и готовиться к предстоящему оборонительному сражению.

В этот момент ко мне подошла неожиданная группа.

Эта группа — не кто иные, как META-версии Йорктаун, Энтерпрайз и Хорнет.

Как только она договаривает, она уходит, не оборачиваясь.

По пути в штаб обороны города Анкоридж я внезапно получаю странный звонок от Мемфис META.

Стоя на фонарном столбе в двух шагах от нас и закутавшись в плащ, женщина выкрикивала приветствие, достойное суперзлодея.

Па-ба-ба-пам! Это не кто иная, как Марко Поло!

Воздух задрожал, и позади Марко Поло материализовался гигантский серебристо-белый фантом.

Одновременно с ним появился полупрозрачный серебряный жезл.

Дрожь в воздухе усилилась, и в небе возник летательный аппарат, а за ним еще один и еще один.

Первым делом рядом с Марко Поло появилась проекция Иерофанта, а следом за ней — авиация Дьявола.

Я всегда чувствовал, что с Иерофантом что-то не так. Может ли быть, что она каким-то образом мельком увидела «идеальное будущее»?

Впрочем, сейчас это уже не важно. Чем больше людей на нашей стороне, тем выше шансы на победу.

Даже если речь идет о Марко Поло — это лучше, чем если бы нам вообще никто не пришел на помощь... верно?

Внутри Завесы Арбитры работали на пределе возможностей, чтобы спасти ситуацию, находившуюся на грани краха.

Некоторое время спустя...

Все участники этой оборонительной битвы прибыли.

Во-первых, это местная 7-я оперативная группа Совета, состоящая из Хорнет, Дьюи, Кливленда, Уильяма Д. Портера и других.

Затем — 5-я оперативная группа Совета, в которую входят Серебряная Лиса, Принстон и боевой протокол «Крепость».

Энтерпрайз META, Такао META и Фридрих дер Гроссе возглавляют флот Пепла.

Тем временем Йорктаун META и Мемфис META ведут за собой флот Логического Каркаса.

Также у Куин Элизабет META есть собственный флот из META-девушек Королевского Флота.

И наконец, мы — флот с испытательного полигона Бета, а также Марко Поло, которая почему-то пришла на помощь.

Из-за того, насколько спешно было организовано взаимодействие между всеми нашими флотами, а также из-за значительных различий в силе и тактике между различными META-девушками, я решил не проводить реорганизацию.

Вместо этого весь залив Аляска был разделен на десятки боевых секторов, что позволило каждой группе патрулировать и уничтожать врага привычными им методами.

Мы с Серебряной Лисой отвели наши резервные силы в залив Кука, где останемся для координации операции.

БА-БАХ!

Поверхность моря сияла, словно ртуть, пока в её водах неистовствовали огромные звери.